Игра
Новый Веган
Генофонд
Мы вместе
Финансы
Библиотека
Форум

Арон Шемайер

Первая схватка

1   2   3   4

Хроника четырех дней июня 2005 года

Содержание.
1. Рейс 247.
2. Путешествие в Фахраз.
3. Задание штаба противника.
4. Гроза в Хитроу.
5. В Афины и Москву.
6. Вызов принят.
7. Разговор на разных языках.
8. Блокада прорвана.

9. Обвал.
10. Ультиматум-2.
11. Провал телефонной дипломатии.
12. Генеральная ассамблея.

13. Решение принято.
14. План Cтеплтона.
15. Катастрофа.
16. Бегство.

1. Рейс 247.

- Дамы и господа! Начинается посадка на рейс "Бритиш Эруэйз" номер 247 в Лондон. Всех пассажиров просим пройти к выходу А3.

Роджер Парсонс выключил ноутбук и бросил его в портфель. Ничего страшного, что лететь придется не сверхзвуковым самолетом, а старомодным "Боингом". По крайней мере, есть возможность собраться с мыслями. А часов через пять можно будет запустить декодировку файлов и еще раз привести в порядок карты и технические характеристики джумистанских штучек. Тут, в Мохаммадабаде, этого делать никак нельзя, даже в посольских стенах. В Лондоне тоже не столь уж безопасно, но по крайней мере МИ-5 - это не местные "стражи ислама".

Да и кто он на родных берегах - частный эксперт по атомным станциям, один из многих авторов научно-популярных статей в британских газетах. Это здесь, в Джумистане, любой иностранец, да еще с такой щекотливой специализацией, является объектом тотальной слежки. Впрочем, на этот раз работа Парсонсу удалась. Получены практически все чертежи новых установок, построенных с помощью русских на мохаммадабадской атомной электростанции, а заодно есть информация от кучи источников в ядерном центре. На девяносто пять процентов можно быть уверенным, что эти фанатики не придумали ничего нового, а оборудование, покупаемое ими на покрывшихся пылью русских ядерных свалках, технологически безнадежно устарело.

Впрочем, оставшиеся "пять процентов" не давали Парсонсу окончательно успокоиться. Куда-то исчезли несколько информаторов, среди которых - два ведущих специалиста Ядерного центра Национальной исламской академии. Исчезли внезапно, не оставив никаких следов. Бывшие коллеги утверждают, что они ушли на пенсию и уехали в провинцию. Их фамилии не значатся ни в телефонных справочниках, ни в последних выпусках научных журналов. Обращаться к соседям и родственникам Парсонс счел рискованным, хотя племянницу одного из информаторов - Хусейни, с которой прежде много общался, он попытался разыскать и тоже не смог. Если эти люди стали жертвой "стражей", их наверняка бы с шумом судили или во всяком случае подвергли бы репрессиям вместе с семьями, о чем моментально пошла бы молва и о чем можно было бы скорее узнать не в Мохаммадабаде, а дома, в Лондоне, сидя у телевизора. Если бы их контакт стал известен, ему бы наверняка дали здесь встретиться только с дезинформаторами, а всех сколько-нибудь ценных источников пересажали и переказнили: "стражи" не любили замысловатых операций и довольно спешно расправлялись с предателями веры, проявляя при этом чудеса садистской изобретательности. Если два специалиста получили новую сверхсекретную работу - а этого-то и стоило опасаться - то почему исчезли другие: уборщик ядерного центра, журналист-международник, мулла с Восточной окраины?

Впрочем, пусть разбираются в Лэнгли. Через недельку удастся обобщить выводы и слить их американскому резиденту, после чего про Джумистан можно будет забыть на год-полтора.

За размышлениями Парсонс почти не заметил, как сел в аэропортовский электроавтобус, который только что тронулся, издавая дурацкое жужжание. Самолет - один из немногих в столичном аэропорту страны, уже четыре года жившей в условиях почти полной международной блокады, - стоял совсем близко от здания аэровокзала. Парсонсу всегда казалось чушью, что людям не дают пройти сто метров под охраной, а запихивают в автобус. Может, это для того, чтобы они не начали курить вблизи от самолетов? Да, курят здесь повсюду - не то что в Англии, где большая половина улиц стала некурящими уже три года назад...

Стоп, а куда мы едем ? Парсонс почувствовал неприятное стучание в висках. Автобус проехал мимо самолета, резко разогнался и поехал прочь от летного поля. Навстречу ему откуда-то вывалились военные грузовики, и сразу же Парсонс услышал шум заводящихся вертолетов.

Автобус миновал несколько складов на задворках аэропорта и остановился у входа в небольшой ангар. Металлические двери с лязгом распахнулись. Из них выбежали солдаты в форме "стражей ислама" - пять, десять, двадцать... Вскоре их набралось не меньше полусотни. Солдаты начали строиться плотной цепью, которая окружила автобус и пространство между ним и ангаром. После того, как цепь была выстроена, несколько офицеров, командовавшие "стражами", подошли к автобусу и приказали шоферу открыть двери.

- Все на выход! - выкрикнул по-английски с сильным акцентом один из офицеров. - Всем встать перед автобусом! Руки по швам! Ручную кладь ставим на землю! Никто ничего не достает - ни из карманов, ни из портфелей, ни из сумок!

Когда разноплеменная публика послушно выстроилась перед ангаром, цепь на мгновение разомкнулась, выпуская жужжащий электроавтобус. Вскоре солдаты пропустили внутрь маленький открытый джип, в котором рядом с шофером-"стражем" сидел молодой бородач в белом кителе. Парсонс сразу узнал его: это был Али, помощник самого Исхака Резаи - шефа секретных операций "стражей ислама". Дело, похоже, приобретало серьезный оборот.

Неспешно выбравшись из джипа, бородач поприветствовал офицеров-"стражей" и встал метрах в пятнадцати от пассажиров лондонского рейса.

- Уважаемые дамы и господа! - английское произношение у Али было почти безупречным. Немудрено: все-таки четыре года в Оксфорде. - Рейс 247 отменяется ввиду чрезвычайных обстоятельств по решению правительства Исламского Государства Джумистан. В течение следующих шести часов вам надлежит находиться на территории аэропорта. Всем будут предложены горячие обеды и прохладительные напитки. О времени вашего отбытия в Лондон вам будет сообщено дополнительно. Впрочем, если вы пожелаете задержать ваш отъезд, вы вправе это сделать. Смотрите телевизор и решайте. Да, чуть не забыл. При входе в ваше временное пристанище вам надлежит сдать на хранение любые средства связи: телефоны, микрокоммуникаторы, Интернет-блоки, а также компьютеры и любую другую электронную и радиоаппаратуру. Это приказ. Лица, нарушившие его, будут немедленно преданы исламскому суду и наказаны по всей строгости.

Веселенькое дело, подумал Парсонс. Мой ноутбук "стражи" наверняка просмотрят вдоль и поперек. Все закодированные файлы он вчера переписал на внутренний диск, копии остались только в американском посольстве, где за их сохранность по нынешним временам мало кто ручается. Если файлы не расшифруют, то по крайней мере скопируют и сотрут.

Ведомые офицером, пассажиры 247-го начали входить в ангар. У входа солдаты отбирали у них телефоны и прочую технику. Затем двое офицеров обыскивали каждого и лишь затем пропускали внутрь. Али наблюдал за происходящим, стоя чуть поодаль с наигранно-безучастным видом. Когда очередь дошла до Парсонса, он, сияя, направился к англичанину.

- Роджер! Весьма рад. Слышал, что улетаете этим рейсом, но совершенно об этом запамятовал, пока не увидел вас своими глазами. Неплохо, что вы задерживаетесь в Мохаммадабаде на несколько лишних часов. Вы для нас особый гость. Столь известные научные журналисты посещают нас нечасто, особенно со времен установления блокады. Думается, я мог бы скрасить ваше вынужденное пребывание здесь. Тем более, что в этот приезд вы так и не встретились с моим шефом, а сейчас он, может быть, свободен. Побудьте в ангаре с полчасика, а там я за вами зайду.

Парсонс не решался прервать монолог Али, который, судя по всему, был многократно отрепетированным объявлением о его, Парсонса, полном поражении. И все же надо было что-то ответить.

- Али, если вы решили арестовать меня, зачем было задерживать целый рейс? Здесь бы я от вас никуда не убежал.

- Здесь? Мы были бы рады видеть вас повсюду. - Лицо Али расплылось в довольной улыбке. - Впрочем, при всем уважении к вам я бы не рискнул утверждать, что эту кашу мы заварили специально из-за нашего к вам интереса. Все закручивается гораздо серьезнее, Роджер, и вы, похоже, проиграли по-крупному - не только вы лично, но и все, кто стоит за вами.

- Что я должен делать?

- То же, что и всегда, дорогой наш гость. Собирать и передавать информацию. Сегодня мы предоставим ее вам в полном объеме - о таком богатстве сведений вы и мечтать не могли. Надеемся, что она будет интересна вам и как эксперту, и как обозревателю, и как... - Али картинно возвел очи горе - и как истинному патриоту Соединенных Штатов Америки.

- Так арестован я или нет?

- Ни в коем случае. Мало того, я обещаю, что сегодня вы улетите из Джумистана. Спецрейсом. В любую точку мира, на ваш выбор.

- Разве мы летим не в Лондон?

- Дорогой мой, чуточку терпения. Скоро вы все узнаете. Пока я могу лишь заверить, что ваши жизнь и свобода вне опасности - по крайней мере, если вы согласитесь покинуть Джумистан в течение суток.

Пожав руку Али, Парсонс сдал ноутбук и микроком и вошел в ангар. Все пассажиры уже были внутри - кто-то сидел на длинных рядах стульев, кто-то кучковался, обсуждая происходящее. Парсонс попросил у нескольких солдат, стоявших по периметру ангара, разрешения закурить. Никто из них не знал английского. В конце концов позвали офицера, и Парсонсу выделили угол для курения. К его огорчению, к нему сразу присоединилось несколько мужчин восточного вида и девушка явно англосаксонского происхождения.

- Как вы думаете, что здесь происходит? - спросила она.

- Понятия не имею. Очевидно, они ищут кого-то среди пассажиров. Наверное, очередного врага ислама.

- А почему нам сказали смотреть телевизор? Там объявят имя врага?

- Или покажут его отрубленную голову. Исламский суд и расправу можно осуществить минут за пятнадцать.

- Но нам-то с вами ничего не грозит?

- Милочка, вы в Джумистане! Здесь и вам, и мне каждую минуту грозит все что угодно. Вы знали это, когда сюда ехали?

Девушка явно смертельно обиделась.

- Я пишу докторат по Джумистану. Тема - религия и политика. Я убеждена, что именно отсюда начнется столкновение западной и восточной цивилизаций, секуляризма и теократии. Сейчас перестали всерьез воспринимать пророчества старика Хантингтона, но как раз на этом спокойном фоне все и грохнет!

- Да что грохнет?

- Все, вообще все. Мир нуждается во встряске. Если ее не произойдет, прогресс человечества остановится.

- Не хотите объяснить это "стражам ислама"? Они будут очень рады и могут даже предложить вам высокооплачиваемую работу секретного агента.

- Да, сейчас пойду и объясню. По крайней мере, с ними не так скучно, как с вами.

Парсонс только набрал воздух, чтобы отвесить очередную словесную оплеуху, как двери ангара снова громко лязгнули. За какие-то секунды добрый десяток солдат втолкнул внутрь по одному членов экипажа. Вид у пилотов и стюардов был помятый. По крайней мере двое мужчин были сильно избиты. Девушки-стюардессы либо плакали, либо находились в прострации.

Пассажиры окружили людей в форменных костюмах, перебивая друг друга вопросами. Один из мужчин в летной форме начал говорить, и шум немедленно стих.

- Мы не успели опомниться. Вместо автобуса с пассажирами подъехало штук пять грузовиков с солдатами, с вертолетов посыпались десантники... Нас выволокли из самолета, посадили в грузовик. Командира корабля, похоже, взяли в заложники. Пока мы сидели в грузовике, в щели брезента можно было увидеть, как выкидывают чемоданы, а к багажному отсеку подвозят два здоровенных контейнера. По-моему, они собираются взлететь с этими ящиками.

Картина для Парсонса начала проясняться. Итак, джумистанцы захватили британский гражданский самолет, чтобы перевезти куда-то важный секретный груз. Явно они очень не хотят, чтобы самолет сбили. Для этого будут разыгрывать комедию с заложниками. Но почему нас в заложники все-таки не взяли? Боятся свидетелей? Опасаются бунта? Просто не желают выглядеть негуманными? Последнее вряд ли. Джумистанский государственный терроризм никогда не останавливался перед жертвами ни среди собственных граждан, ни тем более среди иностранцев. На международное общественное мнение им от души наплевать, а мораль у них совершенно иная, чем у нас. Может быть, девица-докторант вместе с Хантингтоном и правы. Когда-нибудь мы с ними столкнемся...

Размышления Парсонса прервал шум взлетающего крупного самолета.

2. Путешествие в Фахраз.

Через двадцать минут, когда 247-й уже взял курс на Лондон, в ангар снова вошла группа военных. Офицер "стражей", сопровождаемый двумя солдатами, громко, с оттенком торжественности, произнес:

- Доктор Роджер Парсонс! Прошу следовать за мной!

Парсонс подошел к офицеру, стараясь изображать дружелюбие. Окружив со всех сторон солдатами, его подвели к вертолету, помогли подняться по шаткой лестнице. В небольшой кабине сидели два "стража" в полковничьих мундирах.

- Милости просим, господин Парсонс. Садитесь, пристегивайтесь, курите. Чай, кофе?

- Не откажусь от крепкого кофе.

- Сейчас принесут. Наша дорога будет недолгой, мы пролетим над живописными местами, но, к сожалению, вам не рекомендуется смотреть вниз. Тем более, что все окна зашторены и опечатаны. Отдохните, скоро мы будем на месте. Кстати, отдайте нам часы - время все равно пролетит быстро и приятно.

Вертолет был в пути час с небольшим. Парсонс не проходил разведывательной подготовки, но от рождения имел неплохое чувство времени. Определить же направление полета было куда сложнее. Вертолет поворачивал восемь раз, причем за время маневра, по подсчетам Парсонса, минимум дважды развернулся на триста шестьдесят градусов сначала в одну, затем в другую сторону. Запутать его им, в общем-то, удалось. Похоже, они летели на северо-восток, но Парсонс чувствовал это скорее интуитивно, не будучи в состоянии подтвердить догадку доводами разума.

Пока вертолет снижался, Парсонс жадно выкурил две сигареты. Когда-то еще придется покурить?

Сойдя на землю, он едва не раскрыл рот от удивления. Среди пустыни стояло несколько невысоких, обшарпанных зданий, у которых его встречала целая делегация высших офицеров корпуса "стражей ислама". Да, подумал Парсонс. Отрубят голову и зароют в песках - даже археологам лет через триста не найти. Или посадят в хижину, на хлеб и воду, и заставят делать атомную бомбу. Но тогда зачем ломать такую комедию?

От группы офицеров отделился Али, теперь одетый в полевую форму.

- Роджер, мой друг, добро пожаловать в милую провинцию. Заходите, попьем чайку в захолустном жилище бедняка.

В одном из невзрачных корпусов его усадили в комнате - явно нежилой, но оформленной как настоящий этнографический музей. Солдат расставил пиалы, и вскоре Парсонс и Али остались вдвоем.

- Ну, теперь вы, наконец, скажете, в чем смысл моего путешествия? Я, признаться, решил, что вы готовитесь к ритуальной казни.

Али рассмеялся. Чувствовалось, что он предвкушает немалое удовольствие от того, что собирается сказать. Весь его вид изображал самоудовлетворенность победителя.

- Роджер, я просто хотел, чтобы вы посмотрели на красоты одного из наших знаменитых оазисов. А заодно приняли участие в сотворении истории. Иногда Аллах благоволит, чтобы ее центр находился не в больших городах, а вот в таких смиренных местах, как это. Кстати, оно называется Фахраз. Никогда не видели на карте?

- Признаться, не припоминаю.

- И не вспомните. На картах, даже самых подробных, его не существует. Собственно говоря, возникло оно недавно. Можно сказать, несколько сумасшедших отшельников поселились в пустыне - одни здесь, другие в десяти километрах отсюда. Вырыли под жилищами пещеры и ищут там философский камень. Вот только беда с окрестным населением: принимает нас за каких-то лиходеев... Хотите посмотреть? А заодно встретитесь с моим шефом - он, знаете ли, тоже среди этих отшельников.

Так, теперь все ясно. Новый секретный объект, никем не замеченный, построенный без дорог и аэродромов. Теперь меня ждут сюрпризы, подумал Парсонс, - и сразу же внутренне расслабился, предав себя в руки судьбы.

Парсонс и Али, сопровождаемые парой солдат, вышли из "музейной" комнаты и попали в серый куб с мокрыми стенами. Пол под ними ушел вниз, и Парсонс понял, что находится в подъемнике. Опустившись метров на пятнадцать, они оказались в просторном, слабо освещенном коридоре. Их ждал электрокар.

- Ну вот вам и пещера отшельников.

Подземная дорога заняла целых пять минут быстрой езды - километра три, подсчитал Парсонс. Электрокар остановился, и "гостя" повели по длинному широкому коридору, вскоре сменившемуся обширным залом со множеством дверей.

- Это, Роджер, именно то, что должно было вам сниться в ночных кошмарах последние лет десять. Ядерный центр Национального корпуса стражей ислама. Два реактора: один работает большей частью для исследовательских нужд и для обеспечения этого центра энергией, на втором производится практическая работа. Весь комплекс состоит из четырнадцати наземных зданий и большого количества подземных сооружений. Наверху - только помещения складского типа. Штат - не более пятисот человек, всё это преданные вере и нашему делу люди: офицеры, ученые. Здесь вы можете встретиться с некоторыми своими старыми знакомыми, которые поставляли вам информацию, находясь под нашим контролем. Кстати, вам не за что на них обижаться: они говорили полную правду в пределах того, что знали сами. А сейчас здесь искупают свою вину перед родиной и исламом. К сожалению, как я уже говорил, местные жители не оценили нас по достоинству: считают бандитами, называют рыбной мафией.

- Какая рыба в пустыне?

- Море недалеко. А здесь, как все думают, находится база пресловутых чермесских торговцев нелегально добытыми рыбой и икрой. По правде сказать, они сюда действительно заглядывают иногда - пользуются нашими складами для хранения улова, отгружают товар своим партнерам из Москвы, Киева, Ростова, Одессы...

- Так мы не в Джумистане?

- Вовсе нет. Это территория суверенного Черместана или, как вы ее по-русски называете, Чермесии.

- Хотите сказать, что мы вот так просто пересекли пограничную линию, контролируемую, помимо чермесов, еще и русскими?

- Дорогой мой, немного истории. Когда почти пятнадцать лет назад Чермесия отделилась от Советского Союза, в ней установился жесткий авторитарный режим, которому - если взглянуть со стороны - мог бы позавидовать сам Сталин. Однако внутри страны шли весьма непростые процессы. С одной стороны, в столице, с точки зрения русских и мирового сообщества, все было под контролем. С другой стороны, чермесское общество, разделенное на родственные группы, кланы, микроэтносы, окончательно утратило внутреннее единство. Да, официальное руководство Чермесии твердо стояло и стоит за светское государство, за уважение международного права, за законность, порядок и так далее. Но чем оно, это руководство, реально руководит? Помпезной государственной машиной в столице - раз. Газетами и телевидением, которые, кроме столичной элиты и посольских аналитиков, никто не читает и не смотрит, - два. Связями с Россией и ее армейской группировкой в Чермесии - три. Последнее важно. Единственной реальной вооруженной силой, способной быстро перемещаться в пространстве, здесь являются российские войска, пограничные и миротворческие. Тот, кто с ними в контакте, может очень многое, если не все. Но в последние годы российский фактор уже не тот. Во-первых, войск стало меньше. Во-вторых, из-за экономических проблем у себя на родине они вынуждены искать тут подножный корм. За эти годы они сильно срослись с местным населением, и теперь имеют общие дела не только с правительством и не только с легальной чермесской армией.

- То есть ваша так называемая рыбная мафия прекрасно с ними уживается?

- Вот именно. Переход границы имеет свою цену. А уж наличие вооруженных вертолетами и бронетехникой "крепостей" рыбных баронов нынче вообще никого не удивляет. Далее. Как я уже сказал, столичный клан не пользуется никакой властью на большей части территории Чермесии. Там, где родственники президента Исмаилова не находятся у руля, местные царьки со своими отрядами считают нужным в лучшем случае лишь платить в центр небольшую дань, и там еще будут благодарны за это. Среди этих "государств в государстве" есть немало таких, в которых разделение веры и политики считается недопустимым. К сожалению, по большей части местные элиты обратились к исламским ценностям под влиянием ваххабитов, что поначалу осложнило наши отношения. Но ведущийся с начала века богословский диалог между традиционным исламом и ваххабизмом облегчил нам задачу, да и местные руководители - слишком солидные люди, чтобы считать своими учителями обкуренных юношей. Итак, мы на территории шаифского клана. Конституция и законы Чермесии здесь практически не действуют - настоящим законом считается шариатское право, судьи - местные старейшины, а если реально, то сам глава обладминистрации Юсуфхан. Власти в столице до паники его боятся, и не в последнюю очередь потому, что знают: достаточно прозвучать нескольким призывам с окраин, и толпа, ведомая ваххабитами, запросто сменит власть в государстве. Одна надежда - на войска из России, но там при нынешнем слабом президенте на большую войну не решатся. Так что здесь мы находимся в относительной безопасности. Центр существует шесть лет. Самым сложным, конечно, было построить подземные сооружения и доставить сюда оборудование. Делали мы это не спеша, пользуясь иногда даже - представьте себе - верблюжьей тягой. Строительные же материалы, а на первых порах и энергию брали из чермесских источников. Прочее обеспечение взял на себя Абдул Керимов, один из рыбных баронов, горячий сторонник ваххабизма. А открытая российско-чермесская граница позволила беспрепятственно провозить сюда специалистов и ядерные материалы от наших российских друзей, среди которых теперь немало и единоверцев.

Когда джумистанец закончил, Парсонс выдержал паузу.

- Хорошо, Али, а зачем вы мне все это рассказываете? Решили позволить узнать правду перед смертью?

- Дорогой друг, вам, западным людям, следует больше верить честному слову мусульманина, твердому как булат. Я обещал вам жизнь - вы ее сохраните. Я обещал вам свободу - вы ее получите.

- Чтобы рассказать миру о Фахразе и помочь стереть его с лица земли?

- Первое правильно, второе - посмотрим.

- Что вы имеете в виду? Вас защитят "стражи ислама" и отряды чермесской рыбной мафии?

- Нас защитите вы, Запад.

- У вас, наверное, есть пленка с записью любовных похождений президента Соединенных Штатов. Прекрасное средство для шантажа.

- Шутка неудачна. Пока у нас нет ничего. Но менее чем через три часа у нас будет готовый к взрыву ядерный заряд. И где бы вы думали - в Хитроу!

- Это бред! Вы не могли...

- Именно, Роджер. Именно это мы и сделали. Зачем производить средства доставки, когда их для нас делает компания "Боинг"! Что ж, теперь вам все ясно, и часы начали отсчитывать именно ваше время. Вас примет для краткой беседы господин Резаи.

3. Задание штаба противника.

Руководитель штаба секретных операций Национального корпуса стражей ислама бригадный генерал Исхак Резаи расположился в Фахразе в маленьком, но претенциозно обставленном кабинете, рядом с которым кучковалось огромное количество офицеров-"стражей". Когда Али и Парсонс вошли в приемную, адъютант быстро набрал на переговорном устройстве несколько цифр, и из кабинета пулей вылетело не менее десятка высокопоставленных военных.

- Заходите, господин Парсонс, - быстро и неприязненно сказал Резаи. Извиняюсь, что наша беседа будет краткой и не такой любезной, как обычно. Позволите сразу к делу?

- Пожелав вам благословенного неуспеха, господин генерал.

- Как угодно, господин Парсонс. Итак, рейс 247 "Бритиш Эруэйз" с бомбой на борту будет в Лондоне через два с половиной часа. За это время вам надо будет убедиться, что мы не блефуем, прибыть в Мохаммадабад, связаться с Лэнгли и назначить руководству ЦРУ свидание в любой точке мира. Вы получаете доступ к любым помещениям и документам Фахраза. Сколько времени здесь вам нужно?

- Покажите мне главный реактор, образец взрывного устройства и документацию на то и другое. На первичную оценку мне потребуется сорок пять минут. И потом, был бы счастлив познакомиться с отцом вашей атомной бомбы.

- Как я уже сказал, все двери для вас открыты. А родителей у нашей бомбы четверо - один русский и трое джумистанцев. Первого мы вам не покажем, остальные в вашем распоряжении. Итак, через час вы летите в Мохаммадабад и после того, как 247-й приземляется в Лондоне, получаете телефон и самолет с пилотом.

- Последний вопрос, господин генерал. Что будет с пассажирами и экипажем лондонского рейса? Надеюсь, вы не хотите прослыть варварами, расстреляв их.

- Пусть летят в Лондон, если захотят, - лицо Резаи скривилось в довольной ухмылке.

- Тогда у меня есть маленькая просьба. Мне потребуется один из пассажиров.

- Не собираетесь ли вы вдвоем захватить аэропорт, а заодно и Фахраз?

- Отнюдь. То, что я предлагаю, в ваших интересах. Новость о бомбе в Хитроу должна выйти за пределы ЦРУ. Моя семья находится в Лондоне, и мне не хотелось бы, чтобы ваш замечательный план утонул в информационном вакууме, а ядерный взрыв списали бы на несчастный случай.

- Этого не будет, Парсонс. В тот же миг, когда наш представитель вручит ультиматум британской полиции, его текст будет направлен в Си-Эн-Эн и другие телекомпании мира, а также распространен по Интернету.

- Вы, генерал, переоцениваете широту западной демократии. Мне нужен живой источник информации, который мог бы связаться с журналистами.

- Как вы довезете этот источник до журналистов?

- Это моя забота.

- Хорошо, кто вам нужен?

- Вы можете мне не верить, но я не знаю имени этого человека. Это девушка из какой-то западной страны - из Англии или Штатов, наверное. Пишет докторскую работу по Джумистану, что-то там о религии и политике. Кстати, симпатизирует вашему режиму. Я познакомился с ней, когда пользовался вашим гостеприимством в ангаре.

- Али, зайдите, - Резаи не включил переговорного устройства, и Парсонс понял, что тот слышал и, наверное, записал весь разговор. Если план Резаи удастся, этот диалог будут потом описывать во всех учебниках истории ислама.

- Слушаю, господин бригадный генерал.

- Найдите, кого потребует наш гость, и отправьте вместе с ним на свидание с Лэнгли.

- Но, шеф...

- Исполняйте.

В течение следующего часа Парсонс имел полную возможность убедиться, что джумистанцы не блефовали. Реактор, хоть и построенный по устаревшим советским чертежам, оказался вполне пригоден для производства ядерного оружия. Бомба была в полном порядке. Технологий и оборудования, достаточно примитивных по западным стандартам, все же хватило бы, чтобы создать оружие, достаточное для уничтожения всех крупнейших городов мира. Джумистанские "отцы" атомной бомбы, очевидно, лишь присутствовали при сотворении ребенка, но уже имели достаточно знаний, чтобы продолжать начатое дело. Русский специалист, который, судя по намекам джумистанцев, принял ваххабитский ислам, был недоступен и вообще вряд ли находился в Фахразе.

Вскоре Парсонс и Али уже прибыли обратно в Мохаммадабад. Англичанину отвели комнату в аэропорту, в здании военной комендатуры, окруженном таким количеством солдат, какого здесь не бывало даже в дни отъездов или приездов Великого вождя - джумистанского лидера Шоаи. На столе стояли три старомодных отключенных телефона с надписями на местном языке.

Дверь открылась, вошли два солдата, за ними Али и девушка.

- Мне доставляет радость представить нашему дорогому гостю мисс Памелу Ковач, - расплылся в улыбке Али. Она из Соединенных Штатов, из Техаса.

- Роджер.

- Пэм. Это ваше настоящее имя? Кстати, вы, наверное, и есть глава террористов? Или джумистанский резидент в Лондоне?

- Потом объясню, - выдавил Роджер. Он уже пожалел, что связался с ней, а не попросил прислать представителя какого-нибудь нейтрального посольства.

4. Гроза в Хитроу.

"Боинг" приземлился не без трудностей. Над Лондоном скопились грозовые облака, и наземные службы аэропорта работали в усиленном режиме. Поэтому диспетчеры не сразу отреагировали, когда с борта 247-го поступило странное сообщение: самолет не будет подруливать к зданию, а остановится на дальней стоянке, куда экипаж просит подать трап. И без того злой на непогоду, старший диспетчер схватил трубку.

- Двести сорок седьмой! Кто у вас сегодня командир?

- Командир корабля Стивен О’Донован слушает.

- Что вы творите? Мне только идиотских выходок сегодня не хватало!

- Слушайте внимательно. Самолет захвачен спецслужбами Джумистана. Часть экипажа - в заложниках. Сколько заложников, я не знаю, поскольку лишен доступа в салон. Второй пилот - джумистанец. Я веду переговоры под дулом автомата.

- Понял, садитесь и рулите куда хотите, только подальше от здания. Сейчас вызову полицию.

- Давайте, и побыстрее.

- Что, ваши спутники хотят сдаться?

- Нет. Они готовы выпустить меня для вручения ультиматума властям Великобритании.

- Ничего себе денек. Ждите.

Через пятнадцать минут выруливший на стоянку "Боинг" был окружен полицейскими машинами, бронетранспортерами, каретами "скорой помощи" и пожарными электрокарами. Подали трап, по которому спустился командир корабля. Десантники затащили его в полицейскую машину, где сидел моложавый седой мужчина, немедленно протянувший О’Доновану удостоверение сотрудника МИ-5.

- Специальный представитель Службы безопасности Гриффитс. Где бумага?

- Пожалуйста.

Гриффитс бросил беглый взгляд на обе страницы и, побледнев, начал жадно перечитывать текст.

- Командир, вы что, не знали, что везете? - бросил он удивленный взгляд на пилота.

- Нет. Мне они ничего не объясняли.

- Ясно. Прочитайте-ка, пока я буду звонить генеральному директору.

Текст ультиматума, которому было суждено стать одним из главных исторических документов XXI века, умещался всего на двух страницах:

"Исламское Государство Джумистан. Правительство.

Генеральному секретарю ООН госпоже Амелии Родригес. Премьер-министру Великобритании господину Уильяму Степлтону. Главам всех государств - постоянных членов Совета Безопасности ООН.

Ультиматум.

Во имя Аллаха, Милостивого и Милосердного.

Правительство Исламского Государства Джумистан, действуя от имени и по воле десятков миллионов последователей Ислама, живущих по всему миру, объявляет о нижеследующем.

Складывающийся в мире порядок вещей идет вразрез с требованиями Священного Корана и исламской нравственности. Нынешняя система международных отношений и механизмы принятия решений в области мировой политики не позволяют исламским странам и народам, государственное устройство которых основывается на откровении Всевышнего, адекватно влиять на окружающий мир и даже сохранять полный суверенитет.

Создав международные организации не на основе богооткровенных истин, а на базе выдуманных грешным человеком ложных убеждений, руководство западных стран отказывается даже признать равноправие исламского и иного подлинно религиозного мировоззрения с исповедуемой этими странами псевдоморалью и ложной философией. Упомянутые международные организации более не легитимны, поскольку исламские народы не хотят жить по их законам и участвовать в их деятельности.

Нам не нужен мир, который не приводит людей к Аллаху, а уводит от Него. Такой мир не имеет ни малейшей ценности там, куда мы стремимся после конца временной жизни. Права человека - не выше истин, возвещенных Богом. Поставив человека, а не Аллаха в центр всего, Запад совершил духовное самоубийство.

Новый мировой порядок должен строиться на основе предоставления народам свободного выбора между исламскими принципами и иными мировоззрениями, а также на основе утверждения полного равенства оных. Любое другое мироустройство, как кощунственное и святотатственное, должно быть разрушено любыми средствами. Ибо вся жизнь этого призрачного мира не стоит одной суры Священного Корана или одного дня, проведенного верными в будущем блаженстве, коего сегодня многих лишают так называемые западные "свободы", несущие разврат и духовную погибель, - "свободы", навязываемые силой, деньгами и хитростью.

Итак, мы требуем:

1. Преобразовать Организацию Объединенных Наций в Сообщество двух Лиг Наций, одна из которых будет создана на основе привычных для ООН принципов международного права, а вторая - на основах Корана и шариатского права.

2. Разработать уставы двух Лиг Наций и их Сообщества в двухмесячный срок. Эти уставы должны предполагать полное право каждого народа избирать исламский или неисламский путь развития и соответственно принимать на себя в рамках одной из двух Лиг Наций обязательства, касающиеся прав и свобод человека, политики, экономики, военных союзов, распространения информации и так далее. Устав Исламской Лиги Наций должен содержать положение о безусловном приоритете богооткровенных норм Корана и шариата над всеми человеческими установлениями, Аллаха над человеком, религиозного долга над любыми мирскими ценностями, включая ценность жизни этого призрачного мира. Устав Сообщества Лиг Наций должен включать в себя положение о том, что ни одна из Лиг не может принимать решений, выходящих за рамки компетенции народов, входящих в данную Лигу, а единственной собственно всемирной организацией является Сообщество, обладающее исключительным правом принятия глобальных политических решений. Нарушение одной из Лиг Наций Устава Сообщества должно быть наказуемо уничтожением государств - членов данной Лиги.

3. В качестве первого обязательного шага в указанном направлении правительствам стран - постоянных членов Совета Безопасности ООН предлагается в течение трех суток с момента вручения настоящего Ультиматума объявить о своем выходе из ООН и отказаться от признания ее Устава в качестве легитимного, упразднить военные блоки, официально признать право всех исламских стран считать нормы Корана и шариата приоритетными по отношению ко всем иным нормам при определении своей внутренней и внешней политики. Правительствам стран - постоянных членов Совета Безопасности также предлагается в течение трех суток с момента вручения настоящего Ультиматума официально заявить о вступлении в переговоры с исламскими странами с целью создания новой системы международного регулирования. Правительствам стран, обладающих ядерным оружием, предлагается в недельный срок передать все свои ядерные силы под командование объединенного штаба, созданного на основе равного представительства этих государств, двух кандидатов в постоянные члены Совета Безопасности, десяти исламских государств и семнадцати неприсоединившихся государств.

4. В случае неисполнения пункта 3, а в дальнейшем - пунктов 1 и 2 настоящего ультиматума Великобритания и другие страны - постоянные члены Совета Безопасности ООН будут подвергнуты ядерной атаке. Неисполнение пункта 3 повлечет за собой немедленное приведение в действие ядерного взрывного устройства, находящегося на борту самолета "Боинг-767" в аэропорту Хитроу (Лондон, Великобритания). К таким же последствиям приведет попытка атаковать этот самолет и приблизиться к нему на расстояние менее 50 метров без разрешения представителей Национального корпуса стражей Ислама ИГД, находящихся на борту самолета. Эти же последствия повлечет за собой военное вторжение на территорию Исламского Государства Джумистан или Ядерного центра Национального корпуса стражей Ислама ИГД в Фахразе, Республика Черместан, а также любая атака этих территорий силами авиации, артиллерии, ракетных или иных подобных средств.

От имени Правительства Исламского Государства Джумистан:

Великий вождь Исламского Государства Джумистан Мохаммад Шоаи.

17 июня 2005 года.

Примечания: 1. Полная информация о ядерных возможностях Исламского Государства Джумистан и их реализации к настоящему моменту предоставлена Правительством ИГД гражданину Великобритании доктору Роджеру Парсонсу, известному исследователю в области ядерной энергии, который готов вылететь из Мохаммадабада в любую точку мира.

2. Текст настоящего Ультиматума является открытым. Немедленно после вручения оригинала Ультиматума представителю властей Великобритании его текст распространяется среди ведущих средств массовой информации и во всемирной компьютерной сети Интернет".

Примерно через десять минут копии ультиматума лежали на столах президентов США, Франции и России, премьер-министра Великобритании и председателя Китайской Народной Республики. После их короткого совещания по видеофону был образован новый международный орган, однако отнюдь не тот, который предлагали создать лидеры Джумистана. Первым распоряжением новосозданного Чрезвычайного комитета глав государств - постоянных членов Совета Безопасности ООН стал следующий документ:

"В связи с появлением непроверенной информации об угрозе ядерного терроризма в Великобритании Главы государств - постоянных членов Совета Безопасности ООН при поддержке Генерального секретаря ООН постановляют:

1. Во избежание паники и непредсказуемых политических последствий информация о упомянутом вопросе объявляется закрытой. Распространение ее по каналам средств массовой информации не допускается.

2. Во исполнение пункта 1 ввести временное государственное управление телерадиовещанием и распространением информации по компьютерным сетям. Вооруженным силам упомянутых государств и силам НАТО приказывается взять под контроль все центры международного теле- и радиовещания, а также штаб-квартиры международных информационных агентств. Специальным службам упомянутых государств приказывается обеспечить отслеживание и подавление Интернет-сайтов, распространяющих указанную информацию, а также блокировать все телерадиопрограммы и всю компьютерную информацию, распространяемую Исламским Государством Джумистан.

3. В случае проникновения указанной информации к населению обеспечить меры по ее дискредитации".

Копии ультиматума, поступившие руководителям международных телеканалов, не успели выйти за стены их центральных офисов. Несколько страниц в Интернете успели разместить у себя эту информацию, однако уже через полчаса-час были отрезаны от сети. Тем не менее новость о бомбе в Хитроу стала постепенно расползаться по миру, и ее успели дать несколько местных радиостанций, один австралийский телеканал и два-три информационных агентства в латиноамериканских и африканских странах. Впрочем, вечером по Си-Эн-Эн стали передаваться интервью с пассажирами рейса 247, уставшими от двухчасового ожидания на полосе из-за ошибки диспетчера и утверждавшими, что никакой бомбы и никаких "стражей ислама" на борту самолета, благополучно приземлившегося в Лондоне, они не видели.

1   2   3   4