Виталий Григорьевич Мелентьев

Чёрный свет

1   2   3

Глава третья. Да здравствуют бабушки!

Операция "Неизвестность" продумывалась во всех деталях и подробностях в малиннике. Она требовала осмотрительности, тайны и учёта всех обстоятельств.

Для её осуществления следовало взять лопаты, топорик, верёвки, молоток и гвозди, чтобы на месте сколотить лестницу (не с собой же её тащить за тридевять земель, да ещё в лес), а также продукты, чтобы позавтракать и пообедать. И Голубеву и Бойцову совершенно ясно представлялись все трудности, которые им предстояло преодолеть. Смётка, мужество и физическая выносливость у них, конечно, имелись, а вот время... Времени могло и не хватить. Они потратили весь вечер на то, чтобы уговорить родителей разрешить им заночевать в лесу. Собственно, уговаривать пришлось родителей Юры Бойцова. У Васи вопрос решился довольно быстро и хорошо; его родители - геологи, сами привыкли к дальним странствиям в настоящих дебрях и пустынях. Старшие Голубевы посовещались и не только разрешили ночёвку, но ещё и отдали Васе свою старую, всю в почётных подпалинах, выцветшую на далёком солнце палатку, котелок, в котором когда-то варилось мясо медведей и оленей или уха из тайменей или ленков.

А вот у Юрия вышли осложнения. Возмутилась, конечно, мама:

- Что это ещё за выдумки - два дня в лесу! И так пропадал неизвестно где, и тебя даже не наказали за это как следует.

- Хорошо, - скромно ответил Юрий, - раз вам не нужны грибы, я никуда не пойду.

После этих хорошо продуманных слов насторожилась бабушка:

- Почему это никуда не пойдёшь? У меня маслята недомаринованы и для белых грибов ещё место есть. Нет уж, батюшка, ты идти-то иди, но только не на два же дня.

- Я же вам русским языком объяснил - в ближнем лесу грибов нет.

- А в дальнем они выросли? - ехидно спросила мама.

- Конечно! Вчера мы нашли такое место, где они растут, а везде не растут.

- Удивительные грибы!

- При чём здесь удивительные?! Просто поблизости народу знаешь сколько набежало и все грибы повыбрали, и потом, везде жара, а там... подальше...

- А там Северный полюс?

Тут уж Юрий обиделся всерьёз и замолчал. Вмешалась бабушка:

- А что ты думаешь, может, как раз там и прошли дожди.

Юрина мама деланно рассмеялась и передёрнула плечами.

- Но так же не бывает. Дожди по заказу не вызываются.

- Ах, как ты всё хорошо знаешь! - всплеснула руками бабушка. - Я сама по телевизору видела, как их вызывают ракетой. Да и грозы ходят там, где им вздумается. В одном месте может быть и сушь, а совсем рядом - проливной дождь. Ты разве такое не видела?

- Не знаю... Не знаю, - поморщилась мама: она всегда спорила с бабушкой по поводу воспитания сына. - А насчёт Юры пусть решает отец.

В трудных случаях мама всегда поступала именно так: перекладывала свои решения на мужа, и если они оказывались неверными, он автоматически становился виновным.

Юрин отец знал это и не всегда радовался такому доверию. Поэтому он ответил неопределённо:

- Пропадать мальчику неизвестно где, по нескольку дней, совершенно одному...

- Папа, ведь я собираюсь не один, а с Васей. С соседом.

- Очень хороший мальчик, - немедленно вставила бабушка. - Очень хороший - тихий и вежливый. Всегда скажет "здравствуйте" и "до свидания". И родители у него очень приличные.

Конечно, отцу нужно было выпутаться из довольно сложного положения, в которое он попал, и он сразу понял, что бабушка подавала ему руку помощи. Он, притворно нахмурившись, спросил:

- Нет, это совершенно точно, что ты идёшь с соседом?

- Конечно точно!

- Гм... Ну, тогда это другое дело. Я и сам когда-то с удовольствием ходил в лес с ночёвкой. Или на рыбалку.

- Ты забываешь, что тогда было совсем иное время... - сейчас же вставила мама. Но какое это было время, не уточнила.

- Время как время. Сейчас даже ещё лучше, - уже окончательно успокоился отец и посмотрел на маму ласково. - Я думаю, что вдвоём их отпустить можно. Народ они уже взрослый, пусть привыкают к самостоятельности. И нечего над ними трястись. Они мальчишки и, значит, будущие солдаты. А солдату нужно быть крепким и мужественным...

На эту тему отец мог говорить много и красиво, поэтому мама вежливо перебила его:

- Я же не против. Я просто так, как ты...

И тут бабушка сказала своё последнее слово:

- Надо ему харчишек собрать.

После таких слов Юрию очень захотелось закричать: "Да здравствуют сознательные бабушки!"

Но он не сделал этого. Он пошёл готовиться к походу.

Операция "Неизвестность" началась довольно успешно. Вышли на рассвете, привалов не делали, несмотря на то что поклажа разъезжалась, рюкзаки были тяжёлыми. К обрыву пришли вспотевшие и злые.

- По-моему, ставить палатку не стоит, - сказал Юрий.

- Почему?

- А зачем терять время? Надо сразу приступить к работе.

- Потом, когда устанем, труднее будет.

- Вот когда устанем, тогда и поставим. Ведь спать-то всё равно захочется.

- Я бы не сказал, что это логично, - пожал плечами Вася, но спорить не стал. Главное заключалось всё-таки в том, чтобы немедленно начать работу.

И она началась с того, что ребята вырубили три тоненькие, обречённые на засыхание ёлочки и, разрубив одну на части-перекладинки, сделали лестницу. Спустив её в карьер, на кучу песка, они спрыгнули вниз и, поспорив, кто полезет первым вверх, решили вдвоём добраться до металлического предмета. Шарик крутился внизу и повизгивал от нетерпения.

Лестница ходила ходуном и поскрипывала, но ребята мужественно орудовали лопатами, обрушивая целые тонны песка, постепенно обнажая тускло и загадочно поблёскивающий металл.

Шарик, который сумел подобраться к месту раскопок, обнюхивал и осматривал находку, отчаянно мешая ребятам. Наконец решили сделать перерыв.

Участники операции "Неизвестность" спустились вниз, сели на дно карьера и стали рассматривать дело своих рук. Отсюда, издалека, можно было увидеть то, что не замечалось вблизи, особенно в пылу азартной работы. Обнаруженный предмет лежал плашмя. Похоже было, что его основание находилось гораздо глубже выработанного дна карьера.

Вася вздохнул:

- Тут не то что лопаты... Тут экскаваторы и те не сразу отроют.

- А что это всё-таки, как ты думаешь?

- Не знаю... Может, и в самом деле космический корабль?

- Похоже. Но как он мог очутиться под песком?

Они помолчали. Вася высказал своё предположение:

- Взять, например, вечную мерзлоту. Ведь она только называется вечной, а на самом деле там, где она существует, давным-давно были тропические леса. А ещё раньше там было море, а до того, как образовалось море, тоже были леса, только там были другие леса, а уж потом, мне рассказывал отец, тоже в относительно давние времена, образовалась вечная мерзлота.

- И ты думаешь, что здесь когда-то было море?

- Конечно. Откуда же тогда взялся песок?

- Пожалуй. Ну и что?

- Вот я и думаю: когда-нибудь давным-давно жители другой планеты завернули на нашу землю, сели неподалёку от берега и отправились обследовать округу. А в это время случилась какая-нибудь катастрофа и корабль погрузился в море. Потом прошли века, много веков... и море, а может быть, река, которая впадала в этом месте в море, занесла корабль песком.

- А... а космонавты?

- Не знаю. Может быть, их спасла специальная экспедиция. А может быть... - Вася на минуту задумался и решил: - Нет, этого не может быть.

- Чего не может быть?

- Я подумал, что если они остались на земле, то, может быть, их потомки дожили до наших дней. Но вот этого-то и не может быть.

- А почему не может быть? Почему? - заступился за неведомых космических гостей Юрий.

- Понимаешь, с того времени прошло много, слишком много лет. Были катастрофы, смены материков и морей, оледенения... Даже ящеры не смогли выжить, а люди, пусть даже очень умные, тем более.

- Но если они умные, так они же могли что-нибудь придумать и спастись.

- Не знаю, - задумался Вася. - Не знаю. Мне кажется, что, если их не спасли, они, наверно, погибли, потому что сразу приспособиться к климату, бактериям, воздуху новой планеты не так легко. Особенно к такой, какой была в то время наша Земля. Это тебе не планета Красных зорь, на которой всё тихо и спокойно.

Что ж, с этим, пожалуй, можно было согласиться, хотя соглашаться никак не хотелось. Всё-таки лучше бы те неизвестные космонавты выжили...

Тут Юрий улыбнулся: он пожалел космонавтов, которых, возможно, и не было. А ведь перед ними может быть совсем и не космический корабль. Значит, прежде всего следовало установить, что это за таинственный предмет, а уж потом делать предположения и выводы о том, что же в действительности произошло с их находкой.

Он взглянул на могучие, всё ещё скрытые песчаной толщей очертания металлического предмета и, переведя взгляд на уже очищенную от песка блестящую гладь металла, заметил вдруг нечто необыкновенное, чего раньше они с Васей не разглядели. Но что именно, Юра решить не успел, потому что обратил внимание на Шарика, неистово копающего песок в одном и том же месте, всё больше и больше зарываясь под округлую стену таинственного предмета.

Шарик то стремительно работал передними и задними лапами, так, что из-под них летел песок, то с головой влезал в вырытую им нору и замирал там, наверняка нечто учуяв.

- Пошли! Шарик что-то учуял, - сказал Вася.

И в это мгновение Юрий наконец понял, что было то "нечто необыкновенное", поразившее его при взгляде на металлическое тело корабля.

- Смотри! - подтолкнул он Васю. И тот сразу же увидел черту на глади металла, ровную, едва заметную. Рядом с ней и летел песок из-под лап Шарика.

- Ты думаешь?...

- Копать! - крикнул Юрий и бросился на помощь Шарику.

Глава четвёртая. Конец операции "неизвестность"

После нескольких часов работы Юра и Вася, ещё не решавшиеся вынести окончательный приговор вслух, оба про себя решили, что перед ними конечно же настоящий космический корабль. Им казалось, что стоит поработать ещё часик-два, и, быть может, откроется его тайна.

Но на пути к тайне стоял Шарик. Он почему-то рвался в сторону от ясно теперь обозначившейся линии двери или люка, и рвался так настойчиво и упорно, что ребята перестали даже копать и наблюдали за странным поведением умного Шарика. А Шарик не обращал внимания ни на окрики хозяина, ни даже на его толчки. Ничто не могло остановить его. Как одержимый он работал передними и задними лапами, обрушив на себя очередную порцию песка, выбрался из-под неё, отряхнулся и стал тереть лапой нос и фыркать. Потом побежал вниз и долго бегал там, принюхиваясь к стене карьерного обрыва. Наконец он вернулся к раскопкам, тщательно обнюхал металл, исследовал песок вдоль всей линии раскопок, и опять в воздух полетели облачка песка - он начал рыть на прежнем, месте.

- Что бы это могло означать? - спросил Вася. - Ведь если рассуждать логически, то за те тысячелетия, а может быть, и миллионы лет, что корабль...

И тут Вася осёкся. Ведь если перед ними действительно космический корабль, то они не должны, не имеют права самостоятельно заниматься раскопками. Одно неосторожное движение, один необдуманный поступок может привести к непоправимым последствиям.

Кому известно, что таится в этом скитальце Вселенной? А может быть, в нём смертоносные бактерии и вирусы? Сейчас, закупоренные в корабле, они никому не опасны, но если их неосторожно выпустить в воздух... Даже страшно подумать, что может произойти.

Или другое: ещё никто не знает, какие двигатели на этом корабле, какое горючее и каковы его запасы. А вдруг они при соприкосновении с окружающим воздухом возьмут и взорвутся?

Наконец, самый простой, мирный вариант. Ничто не взрывается, никаких вредных бактерий на корабле нет, потому что за время, пока он лежал под слоем песка, они все подохли - им ведь тоже нужно чем-то питаться. Словом, корабль совершенно стерилен, безопасен и миролюбив. Но ведь, кроме всего прочего, это ценная находка для учёных...

Вася и Юра думали ещё об очень многом, но вслух ничего не говорили - так много мыслей и чувств вызывало у обоих это слово: "корабль". Но первым всё-таки высказался Вася:

- Я считаю, что нужно немедленно сообщить обо всём... Ну хотя бы милиции. Дело чрезвычайно серьёзное.

Юрий кивнул. Он, конечно, "за", но...

- Слушай, Вася, может быть, у тебя есть какие-нибудь другие предложения?

- Какие тут могут быть другие предложения? Ясно, что мы не справимся с раскопками. А если и справимся, так что из этого?

- Я тебя не понимаю.

- А чего ж не понимать? Ну, откопаем корабль. Ну, проникнем в него. А дальше что? Ведь всё равно о нём узнают, и нам же ещё попадёт. "Зачем лазили, не вашего ума дело, вы были обязаны сообщить..." Ну и всякое такое. Нет, нужно идти и сказать: нашли корабль, а что с ним делать - решайте сами.

- Если рассуждать логически, так это, конечно, верно, но вообще-то жалко, что не мы первые узнаем, что там есть и кто к нам прилетал.

- Но корабль же никуда не улетает! Учёные всё изучат, а потом напишут книги или учебники, и мы с тобой будем изучать их в школе. И нам за это будут ставить отметки... - Вася засмеялся. - Представляешь? Сидим мы на уроке, а учитель спрашивает: "Кто расскажет об истории находки космического корабля?" Ну, допустим, каких-нибудь серых людей. Мы с тобой молчим. Чего ж нам рассказывать, когда мы сами его нашли. А учитель спрашивает: "Бойцов, почему вы молчите?"

- Ну, положим, на "вы" он меня не называет.

- Почему? Ты же к тому времени вырастешь, будешь старшеклассником. Ну вот: "Почему вы молчите, Бойцов? Ведь у вас и так в журнале двойка. Отвечайте". Ну ясно, ты встанешь и начнёшь рассказывать: "Ходили мы с Голубевым по грибы, прыгали с обрыва на песок и нечаянно сделали ценное научное открытие: обнаружили космический корабль. Начали его откапывать..." Учитель сейчас же скажет: "Садись, Бойцов. Два. Двойка. Нужно быть скромнее. Открытия не делаются необразованными людьми. А тем более мальчишками". И ты вынужден будешь согласиться, хотя тебе будет очень неприятна такая несправедливость.

Юрий вздохнул и отвёл глаза.

- Конечно, мне будет обидно. Но всё-таки...

В это время Шарик вдруг взвизгнул и приник носом к едва заметному выступу на совершенно гладкой обшивке. Потом он обернулся, как бы спрашивая ребят: поняли ли они хоть что-нибудь?

Честно говоря, ребята ничего не поняли, и поэтому Юрий сочувственно спросил:

- Ну что там, Шарик? Что ты обнаружил?

Естественно, Шарик ничего ответить не мог. Он только снова упёрся чёрной кирзовой пуговкой носа в странный выступ, собственно, даже не выступ, а маленькую выпуклость, и опять требовательно и в то же время жалобно взвизгнул. Ребята переглянулись, подошли к собаке и присели на корточки.

Шарик выразительно посмотрел на ребят, словно хотел сказать: "Неужели вы такие пентюхи, что ничего не можете понять? Ну-ка, хозяин, пошевели мозгами..."

И он опять с силой уткнулся носом в выпуклость и обиженно заскулил.

И в этот момент Юрий услышал мягкий шорох осыпающегося песка и невольно оглянулся.

На том месте гладкой поверхности металла, где они обнаружили очертания не то двери, не то люка, чернел провал, и в него, а значит, в чрево космического корабля, сыпался песок.

Операция "Неизвестность" была окончена. И окончил её Шарик. Он её начал, он и закончил. И тут ничего поделать уже нельзя. Даже если в корабле и таилась какая-нибудь опасность для окружающего мира, предотвратить её было уже поздно.

Событие свершилось.

1   2   3